Ефремов, Иван Антонович

Материал из Альманах "Покорение смыслов"
Перейти к: навигация, поиск

Ива́н Анто́нович Ефре́мов (22 апреля 1908, Вырица, Санкт-Петербургская губерния — 5 октября 1972, Москва) — советский писатель-фантаст, учёный-палеонтолог, философ-космист и социальный мыслитель.

Известен благодаря своим книгам, в которых показал как прошлое, так и возможное коммунистическое будущее человечества. Одной из его ключевых книг, в котором показано будущее человечество, является "Час Быка", "Туманность Андромеды", "Таис Афинская", "Лезвие бритвы".

Содержание

[править] Биография

Иван Антонович Ефремов родился 22 апреля 1907 года в деревне Вырице, под Петербургом. В кабинете отца, в громоздких шкафах, хранилось множество книг в сафьяновых и коленкоровых переплетах. Но роскошной библиотекой в доме Ефремовых никто никогда не пользовался. Единственным человеком, который распахивал тяжелые дверцы шкафов и перебирал книги, стоящие на полках, был Ваня Ефремов. Читать он научился удивительно рано. Когда мальчику исполнилось шесть лет, под руку ему попался роман «Восемьдесят тысяч верст под водой». Это было настоящее откровение. Ваня читал не отрываясь, а потом перечел еще раз и еще — и надолго отдал свое сердце капитану Немо. Несколько позже он раздобыл другой роман Жюля Верна — «Путешествие к центру Земли» — и заинтересовался минералами. Начал собирать коллекцию камней, испытывая почти физическое удовольствие, держа на ладони какой-нибудь гладко отшлифованный удивительных расцветок голыш... Но вот книгам пришлось потесниться. В довольно устойчивый круг представлений, созданных воображением любознательного и мечтательного мальчугана, ворвалась подлинная жизнь. Детство кончилось вдруг... В 1920 году - 13-летний Ваня Ефремов - воспитанник красноармейской автороты, в составе которой он участвует в походе на Перекоп. После демобилизации в 1921 году, побывав в Херсоне и узнав, что отец разыскал и забрал к себе младших детей, Ефремов решил отправиться в Петроград. Не по летам повзрослевший подросток в солдатской шинели и с тощим заплечным мешком много дней провел в «телячьем» вагоне Работая то подручным шофера, то пильщиком дров, то чернорабочим, он одновременно стал учиться в 6-й единой трудовой школе, в здании бывшего Петровского коммерческого училища на Фонтанке, 62. Однажды, сидя в читальне, он перелистывал журнал «Природа» за 1922 год. Внимание привлекла статья П. П. Сушкина о северодвинской пермской фауне. В сравнительно небольшой статье он дал ясное представление и о самом процессе, и о конечном результате палеонтологической работы. Ефремов почувствовал, что Сушкин как раз тот человек, который ему нужен. Широко и сильно нарисовал ученый картину жизни безмерно далекого прошлого Земли, показав в то же время, как эта картина создается из изучения ископаемых костей, и тем самым осветил самый смысл раскопок. Совершенно потрясенный, он написал автору письмо, умоляя принять его и выслушать. Сушкин не замедлил с ответом: «Приходите, но не на квартиру, а в Геологический музей. Мы побеседуем, а кстати, вы кое-что увидите...»

Беседа продолжалась долго. Сушкин не вел счет минутам, не посматривал на свои старинные серебряные часы. Он слушал, одобрительно покачивал головой, изредка задавал наводящие вопросы. Потом повел Ефремова по всем залам не открытого еще музея, показал «святое святых» — препараторскую и разрешил приходить к нему заниматься в любое время. И произошло чудо, о котором перешептывались между собой сотрудники музея. В кабинет «самого» Петра Петровича был поставлен стол для какого-то мальчишки Ефремова, и этот юнец приходил когда вздумается, садился за «свой» стол, читал книги, отобранные для него профессором. Но жизнь шла своим чередом, свободной ставки в музее не было, а надо было на что-то жить. И ещё звало ...море. Ефремов отправляется во Владивосток, устраивается матросом на судно, постигает нелёгкий матросский труд. Но наука зовёт, не даёт ему покоя... И Ефремов твердо решил: зимой будет учиться, а плавать — летом. Взял расчет и, возмужавший, с повадками эдакого «штурмана четырех ветров», осенью 1924 года вернулся в Ленинград и, как говорится, прямо с корабля на бал... С запиской Сушкина явился к ректору университета Николаю Севастьяновичу Державину и был зачислен вольнослушателем. А еще через год стал настоящим студентом.

...Итак, зимой старинное здание Двенадцати коллегий на набережной Невы, лекции любимых и нелюбимых профессоров, предельно укороченные ночи, груды книг, которые нужно одолеть. А летом — море. На этот раз Каспийское. Ефремов — командир катера, обслуживающего Ленкоранскую лоцманскую дистанцию. Дело как будто и немудреное — надо восстанавливать и ремонтировать буи и береговые знаки на дистанции, но времени и сил отнимает много. Так и лежит в каюте туго перетянутая шпагатом связка книг, которые Ефремов собирался прочесть за летние месяцы. Но, намотавшись за день на своем катере, он, забираясь в каюту, мог думать только о койке — и мгновенно засыпал.

И вдруг телеграмма от Сушкина: «Предлагаю место препаратора». Вот оно — свершение мечты! Бородатый суровый академик предстал в образе всемогущей доброй феи. Юный командир старого катера едва не сокрушил свой «корабль», оттопав дикую джигу, и тут же телеграфировал согласие. Прощай Каспий, прощай древнее Гирканское море! Приятно, конечно, в восемнадцать лет быть «капитаном» катера, но куда важнее и почетнее называться научно-техническим сотрудником Академии наук и работать под непосредственным руководством самого Петра Петровича!

Став через несколько лет геологом, Ефремов никогда не забывал навыки, полученные им за время морской службы. Ведь путешественник, как и моряк, должен всецело полагаться на себя. Горстка людей в далекой экспедиции — тот же экипаж корабля, встретившийся один на один со все еще таинственной и грозной природой. В таежной глуши или в жарких песках пустыни надо быть решительным, находчивым и смекалистым, как и в разбушевавшемся океане! Сноровка моряка стала, таким образом, и сноровкой геолога-путешественника.

[править] Произведения

"Туманность Андромеды" [1]

[править] Идеи

Если попытаться коротко сформулировать генеральную тему всего многообразного творчества И. А. Ефремова, то можно сказать примерно так: его волнует и занимает человек в обществе, где наука становится важнейшей и решающей стороной человеческого бытия. К решению этой сложнейшей темы писатель идет медленно, как бы преодолевая всё более крутые подъемы. Первая ступень, по его словам, — это «приключение, сдобренное наукой». Вторая ступень — «наука, сдобренная приключением». Иначе говоря, сперва наука как интересное явление окружающего мира («Рассказы о необыкновенном»), потом наука как средство перестройки действительности («Туманность Андромеды») и, наконец, наука как средство перестройки самого человека (отчасти «Сердце Змеи» и в полной мере — «Лезвие бритвы»).

[править] Источники

[2]

Личные инструменты
Пространства имён
Варианты
Действия
Навигация
Инструменты